Ив Сен-Лоран: как он переодел женщину в мужской гардероб
Сегодня женщина в брючном костюме не вызывает ни одной эмоции. Между тем это результат вполне конкретной работы, проделанной за одно десятилетие одним человеком, и в момент, когда работа делалась, она считалась вызывающей. Ив Сен-Лоран не изобрёл брюки и не придумал смокинг — он перенёс мужской гардероб в женский и заставил моду признать этот перенос нормой.
Двадцать один год и дом Dior
Сен-Лоран родился в 1936 году в Оране, тогда — французском Алжире. В Париж он приехал подростком, выиграв конкурс модельеров, и попал ассистентом к Кристиану Диору — самому влиятельному человеку в моде того времени.
Диор умер осенью 1957 года внезапно, и дом остался без автора. Наследником назначили ассистента — Сен-Лорану был двадцать один год. Его первая коллекция для Dior, вышедшая весной 1958-го, строилась на силуэте «трапеция»: узкие плечи, расширяющаяся книзу линия, полное отсутствие давления на талию. После десятилетия жёстко посаженного силуэта это читалось как освобождение, и коллекцию приняли восторженно.
Продлилось недолго. Через два года его призвали в армию, из Dior он ушёл, и вернуться в дом ему уже не дали. В 1961 году вместе с Пьером Берже он основал собственную марку — партнёрство, которое продержится сорок лет и определит не только творческую, но и деловую сторону всего предприятия.
Что именно он перенёс
Метод Сен-Лорана был последовательным: он брал предмет из мужского или сугубо утилитарного гардероба и перекраивал его под женскую фигуру, не превращая при этом в пародию. Список получился коротким, но каждый пункт до сих пор в обиходе.
- Смокинг. Le Smoking, представленный в 1966 году, — женский вечерний костюм, скроенный по логике мужского смокинга: атласные лацканы, лампас на брюках, строгая рубашка. Не «костюм для женщины», а именно смокинг, просто на другой фигуре.
- Сафари-жакет. Куртка с накладными карманами и поясом, пришедшая из колониальной экипировки. Сен-Лоран сделал её городской вещью, и в этом качестве она живёт до сих пор.
- Тренч и офицерская шинель. Военная верхняя одежда, переведённая в женскую линию без смягчения кроя.
- Комбинезон. Рабочая одежда, ставшая вечерней.
- Матросский бушлат и брюки-клёш. Флотская форма, разобранная на элементы и собранная заново.
Сопротивление было буквальным, а не метафорическим. В шестидесятые женщину в брюках не пускали в приличные рестораны — не из соображений морали, а по внутренним правилам заведений. Про Le Smoking рассказывают несколько историй о посетительницах, которых разворачивали на входе; правила менялись не под давлением манифестов, а потому что женщины в этих костюмах продолжали приходить.
Он был не первым — но он был решающим
Женщин в мужской одежде видели и до него. Коко Шанель ещё в двадцатые перевела женский гардероб на трикотаж, заимствовав материал из мужского нижнего белья, и сняла с силуэта корсетную конструкцию. Марлен Дитрих в тридцатые появлялась в мужских костюмах на экране и вне его, и это была осознанная позиция, а не костюмерный ход.
Разница в масштабе и в намерении. У предшественниц это были личные жесты — яркие, но единичные. Сен-Лоран сделал перенос системой: не один смокинг в одной коллекции, а последовательная, из сезона в сезон, работа по переводу целых категорий мужской одежды в женский ассортимент, поставленная затем на промышленное производство. Жест превратился в товарную линейку, а товарная линейка меняет привычки быстрее любого манифеста. О том, как женщины меняли конструкцию одежды на протяжении столетия, у нас есть отдельный обзор — женщины-дизайнеры, изменившие силуэт XX века.
Как устроен смокинг, если разобрать его на детали
Le Smoking держится на нескольких конструктивных решениях, и они же объясняют, почему дешёвые копии этого костюма выглядят иначе.
- Атласные лацканы. Контраст матовой шерсти и блестящего шёлка на отвороте — единственный источник блеска во всём костюме. Если атлас заменён на ту же ткань, что и весь жакет, вещь читается как обычный пиджак.
- Лампас. Полоса по внешнему шву брюк, тоже атласная. Она визуально вытягивает ногу и связывает брюки с лацканами в одну систему.
- Плечо. Прямое, с чётким швом ровно на краю плечевой кости. Сдвиг на сантиметр наружу превращает строгость в мешковатость.
- Отсутствие лишнего. Ни накладных карманов, ни отделочной строчки, ни пуговиц на рукаве в декоративных целях. Вся выразительность вынесена в контраст фактур.
Rive Gauche: вторая по важности вещь, которую он сделал
В 1966 году Сен-Лоран открыл Saint Laurent Rive Gauche — линию и магазин готового платья. До этого высокая мода работала так: дом шьёт на заказ по меркам, клиенток несколько сотен, цикл занимает недели. Прет-а-порте означало вещи в размерном ряду, которые можно купить и унести с собой.
Для кутюрного дома это выглядело понижением статуса, и многие коллеги считали шаг компрометирующим. Сен-Лоран пошёл на него сознательно, и логика оказалась верной: одевать надо не сотню заказчиц, а тех, кто ходит по улице. Через десятилетие готовое платье стало основным бизнесом всех больших домов без исключения — история, похожая на ту, что мы разбирали, рассказывая о марках, которым больше ста лет: выживают те, кто вовремя менял способ продажи, а не только фасон.
Искусство на платье
Отдельная линия его работы — прямые цитаты из живописи. Коллекция 1965 года с платьями по мотивам композиций Пита Мондриана — самый известный пример: простые трикотажные платья прямого кроя, на которых воспроизведена сетка чёрных линий и цветных прямоугольников. Позже он тем же способом обращался к Пикассо, Матиссу, Ван Гогу.
Приём выглядит простым, но у него было содержательное следствие: платье переставало быть только одеждой и становилось носителем изображения. Вся сегодняшняя практика коллабораций домов моды с художниками и музеями выросла отсюда.
Он же одним из первых стал системно работать с неевропейскими источниками — русскими, африканскими, испанскими, марокканскими мотивами. Марокко, где у него был дом в Марракеше, дало его палитре ту насыщенность, которой не было у парижской школы.
Признание при жизни и уход
В 1983 году Метрополитен-музей в Нью-Йорке показал его ретроспективу — прежде живому дизайнеру такой чести не оказывали. Это был момент, когда мода официально получила статус предмета музейного показа, а не только коммерции.
Кутюрный дом он закрыл в 2002 году, объявив об уходе прощальным показом-ретроспективой. Умер в 2008-м в Париже. Марка под его именем существует и сегодня, сменив с тех пор нескольких творческих директоров, — но это уже другая история, как это обычно и бывает с домами, пережившими основателя.
Что из этого работает в обычном гардеробе
- Мужской крой не нужно смягчать. Главная ошибка при покупке брючного костюма — искать «женственную» версию с зауженным жакетом и мягким плечом. Сен-Лоран строил обратное: жёсткая конструкция, и всё напряжение возникает от контраста с фигурой, а не от подстройки под неё.
- Строгий верх работает с чем угодно. Смокинговый или пиджачный верх держит образ сам, поэтому низ может быть любым — от джинсов до вечерней юбки. Это же логика, на которой строится деловой гардероб без костюма.
- Утилитарная вещь становится городской через посадку. Сафари-жакет отличается от рабочей куртки только тем, где сидит плечевой шов и как заложены карманы. При покупке смотрите на плечо: если оно уехало на руку, вещь останется спецодеждой.
- Цвет можно брать целым блоком. Платья по Мондриану держатся на том, что каждый цвет занимает большую плоскость и отделён от соседнего. Дробный мелкий принт этой силы не даёт.
И общее наблюдение, которое к Сен-Лорану применимо целиком: вещи, изменившие гардероб, почти никогда не были новыми. Они были украдены из соседней области — из мужского шкафа, из армии, с корабля, из рабочего цеха — и правильно перекроены. Об этом же, по сути, наш текст о том, почему архив сегодня заменяет новинки.
